Archive for the ‘ Uncategorized ’ Category
В одном небезызвестном моему окружению блоге, автор периодически пишет хуйню. Я как благовоспитанный молодой человек сказал бы, что пишет он очень глупые посты, но нет. Это натуральная хуйня. Иногда читаешь этого автора и думаешь, откуда ЭТО знает столько? Все хуйня. И посты твои хуевы и даже блог.
Пиши посты короче, авось и повезет.
За что можно любить музыку, так это хотя бы за то, что на любой твой вопрос ты получишь ответ. Когда сталкнешься с музыкой. Мой вопрос, и ответ который я получил музыкой не буду рассказывать, но мне это реально многое дало.
Он любит Толстого.
Мама на даче, ключ на столе, завтрак можно не делать.
Скоро каникулы, восемь лет, в августе будет девять.
В августе девять, семь на часах, небо легко и плоско,
солнце оставило в волосах выцветшие полоски.
Сонный обрывок в ладонь зажать, и упустить сквозь пальцы.
Витька с десятого этажа снова зовет купаться.
Надо спешить со всех ног и глаз – вдруг убегут, оставят.
Витька закончил четвертый класс – то есть почти что старый.
Шорты с футболкой – простой наряд, яблоко взять на полдник.
Витька научит меня нырять, он обещал, я помню.
К речке дорога исхожена, выжжена и привычна.
Пыльные ноги похожи на мамины рукавички.
Нынче такая у нас жара – листья совсем как тряпки.
Может быть, будем потом играть, я попрошу, чтоб в прятки.
Витька – он добрый, один в один мальчик из Жюля Верна.
Я попрошу, чтобы мне водить, мне разрешат, наверно.
Вечер начнется, должно стемнеть. День до конца недели.
Я поворачиваюсь к стене. Сто, девяносто девять.
Мама на даче. Велосипед. Завтра сдавать экзамен.
Солнце облизывает конспект ласковыми глазами.
Утро встречать и всю ночь сидеть, ждать наступленья лета.
В августе буду уже студент, нынче – ни то, ни это.
Хлеб получерствый и сыр с ножа, завтрак со сна невкусен.
Витька с десятого этажа нынче на третьем курсе.
Знает всех умных профессоров, пишет программы в фирме.
Худ, ироничен и чернобров, прямо герой из фильма.
Пишет записки моей сестре, дарит цветы с получки,
только вот плаваю я быстрей и сочиняю лучше.
Просто сестренка светла лицом, я тяжелей и злее,
мы забираемся на крыльцо и запускаем змея.
Вроде они уезжают в ночь, я провожу на поезд.
Речка шуршит, шелестит у ног, нынче она по пояс.
Семьдесят восемь, семьдесят семь, плачу спиной к составу.
Пусть они прячутся, ну их всех, я их искать не стану.
Мама на даче. Башка гудит. Сонное недеянье.
Кошка устроилась на груди, солнце на одеяле.
Чашки, ладошки и свитера, кофе, молю, сварите.
Кто-нибудь видел меня вчера? Лучше не говорите.
Пусть это будет большой секрет маленького разврата,
каждый был пьян, невесом, согрет теплым дыханьем брата,
горло охрипло от болтовни, пепел летел с балкона,
все друг при друге – и все одни, живы и непокорны.
Если мы скинемся по рублю, завтрак придет в наш домик,
Господи, как я вас всех люблю, радуга на ладонях.
Улица в солнечных кружевах, Витька, помой тарелки.
Можно валяться и оживать. Можно пойти на реку.
Я вас поймаю и покорю, стричься заставлю, бриться.
Носом в изломанную кору. Тридцать четыре, тридцать…
Мама на фотке. Ключи в замке. Восемь часов до лета.
Солнце на стенах, на рюкзаке, в стареньких сандалетах.
Сонными лапами через сквер, и никуда не деться.
Витька в Америке. Я в Москве. Речка в далеком детстве.
Яблоко съелось, ушел состав, где-нибудь едет в Ниццу,
я начинаю считать со ста, жизнь моя – с единицы.
Боремся, плачем с ней в унисон, клоуны на арене.
“Двадцать один”, – бормочу сквозь сон. “Сорок”, – смеется время.
Сорок – и первая седина, сорок один – в больницу.
Двадцать один – я живу одна, двадцать: глаза-бойницы,
ноги в царапинах, бес в ребре, мысли бегут вприсядку,
кто-нибудь ждет меня во дворе, кто-нибудь – на десятом.
Десять – кончаю четвертый класс, завтрак можно не делать.
Надо спешить со всех ног и глаз. В августе будет девять.
Восемь – на шее ключи таскать, в солнечном таять гимне…
Три. Два. Один. Я иду искать. Господи, помоги мне.
Аля Кудряшова
Иногда, очень тянет выговориться. Так хочется сесть где-нибудь и рассказать все сидящему рядом незнакомцу. Он-то лучше всех всякий секрет сохранит. Но каждый раз, когда я сижу, скажем в парке, одному, не находится ни одного человеческого лица. Одни только безчувственные морды. Я сижу, сижу, и когда понимаю, что глупостью занимаюсь, что нет теперь такого, я встаю. Встаю и иногда пытаюсь себя потерять в городе. Иду куда-нибудь, не думая, просто где зеленый свет там и перехожу. Но каждый раз я натыкаюсь на остановку, откуда ко мне едет маршрутка. Когда я смотрю некоторые фильмы, мне кажется, что вот этот герой – моя копия, мое отображение. Но почему-то им есть кому выговориться, им есть на кого смотреть. А я обычно иду с рюкзаком там, туда, где горят зеленые сектора светофоров.
Выйду в мир, который мне тесен.
Я же вовсе не такой бедный,
Я ж бываю иногда весел.
1) Когда мне хочется выговорится, я нигде не могу так, как хотелось бы. Единственный мой выход – мой блог. Но и тут есть запреты. Материться можно, но запреты есть…
2) Чем больше смотришь вперед, тем лучше видно то, чего не будет.
me: PIZDEEEEC
Отправлено в 15:46, пятница
he: что?
me: PIZDEEEEC govoryu
he: что случилось?
me: PIZDEEEEC sluchilsya
he: а по конкретнее
?
me: ne nu konkretnyi PIZDEEEC sluchilsya
he: ясно
я: yasno??? PIZDEEEC
Posting tweet...
Powered by Twitter Tools
